Екатеринбургская гранильная фабрика: «каменный цветок» имперского величия

1 Май 2012
Рубрика  Образы России

Изделия Екатеринбургской гранильной фабрики, создание которой — ещё одна заслуга перед Россией государя-мастерового Петра Первого, до сей поры остаются непревзойдёнными нигде в мире по красоте и воплощению. Огромные чаши, полотна русской мозаики, колонны и камины, самоцветные столики и шкатулки, драгоценные письменные приборы и деликатные ювелирные украшения — всё это, при многообразии материалов и техник, имеет в любом уголке мира одно название — русский камень.

Вы не найдёте в геммологических словарях и энциклопедиях его определения: русский камень — явление сколь конкретное, столь и мистическое. Судите сами…

Как начиналось уральское камнерезание

Бурная деятельность Петра, оживившая градостроительство, а вместе с ним — тягу к роскоши и имперские замашки русского дворянства, направила взоры властей предержащих на Урал — сберегаемую до той поры, но уже известную сокровищницу.

Действенное развитие камнерезания на Урале начинается с деятельностью «птенца гнезда Петрова» — В. Н. Татищева, передового учёного, талантливого промышленника, государственного деятеля и средневекового палача: в его бытность на Урале были совершены последние в европейской истории казни-сожжения. Татищев, изучив горное дело в Швеции, привозит на Урал Христиана Рефа, который даёт первые уроки камнерезания ученикам из местных.

В 1738 г. в Екатеринбург присылают нового иностранца — Иоганна Рейнера, развернувшего бурную деятельность по разведке, добыче и обработке мрамора. Но и этому иностранцу не удалось создать на Урале механизированное производство, совершенно необходимое для добычи и обработки больших каменных глыб и расширения ассортимента и качества самоцветной продукции.

Только в 1751 г. шихтмейстером Иваном Сусоровым было отправлено донесение о том, что Екатеринбургская камнерезная и шлифовальная фабрика пущена. До конца XVIII в. основной деятельностью предприятия была обработка мрамора, однако потребности российской элиты заставляют стремительно развиваться высокое мастерство, для чего даже был создан класс глиптики — искусства резьбы по камню.

Невзирая на желание царского двора исключительно копировать античные шедевры и следовать европейской моде, талантливейшим уральским камнерезам — Якову Коковину, А. Лютину, Ф. Пономарёву, Г. Налимову — удалётся проявить отличное от образцов и уникальное мастерство, навсегда прославившее Россию.

Показательными примерами такого мастерства являются огромная малахитовая ваза формы медицис, хранящаяся в собрании Эрмитажа (высота 183 см, диаметр — 146, узор — «изумрудная поляна, волнуемая ветром»), парные вазы из бадахшанского лазурита (Эрмитаж, мастер Василий Сумин, общее руководство Г. Налимов), квадратная лазуритовая чаша (Эрмитаж).

Создают шедевры Мастера и Время

Свои шедевры мастера создавали годами. Так, ведомость 1816 г. свидетельствует, что в Петербург отправлены: чаша из яшмы пестроцветной — делалась с 1808 г., чаша из яшмы зелёной — делалась с 1802 г. От 2 до 15 лет уходило у мастеров на «доставание цветка» из камня.

Сначала каменные глыбы распиливали хитроумными приспособлениями, затем шлифовали — вся «техника» придумывалась здесь же, т.к. иностранные аналоги были для русской яшмы негодны, а именно яшма становится главным камнем Урала.

Изобретения Василия Коковкина — «сверловошные станки», качалочные веретена, «надносные» машины и многое другое — были абсолютно уникальны и принесли казне экономию в размере 9935 рублей 86 коп. (так точно свидетельствует ведомость той поры), для той поры деньги огромные.

Если изделие требовалось «тонкое», делали восковую модель, а с неё переносили рисунок с помощью медных карандашей на камень. По «карандашу» проходились тонким резцом, а затем начинали вытачивание. Но и изобретённые Коковкиным «машинки» останавливались на полпути — всю мелкую, филигранную работу мастер выполнял вручную.

Русская мозаика, или Во что отказывались верить английские аристократы

И пусть царицу ваз — огромную 19-тонную вазу из зелёной яшмы — сделали не на Урале, а на Колыванской алтайской фабрике, уральским мастерам-художникам принадлежит главное открытие русского камнерезного искусства — русская мозаика.

В 1851 г. в Лондоне состоялась международная выставка, ставшая открытием для Европы и моментом наивысшего торжества российских мастеров и художников. С раннего утра до закрытия в Русском отделении толпился народ, отказывавшийся верить глазам своим…

Как писала в те дни “Morning Post”, малахитовые изделия, привезённые на выставку из России, представляют собой «невиданное до сих пор явление в истории искусства». Европейские аристократы, подобно нетерпеливым студентам, устремляются в алую комнату с зелёной «бархатной» дверью, таким же камином, четырьмя огромными вазами и стульями того же «бархата». Бархатом газета называла уральский малахит.

Сначала публика была поражена, думая, что все предметы выполнены целиком из этого редкого самоцвета. Но изумление достигло предела, когда выяснилось, что предметы только облицованы тончайшими пластинками малахита (до 1 мм толщиной), многие просто отказывались в это верить, ведь природный узор малахита складывался в мозаике на редкость гармонично и красиво.

Секретом рисунка была особая техника резки камня «поперёк волокон», при которой узор раскрывался словно цветок, одновременно оставаясь схожим и чуть уловимо различаясь. В этом удивительном искусстве уральские мастера достигли такого совершенства, что приблизиться к ним с той поры не смог пока никто, и до сих пор малахитовый «мятый бархат, убранный шёлковыми лентами, цветочными глазками и завитками» изумляет и поражает всякого, имеющего воображение.

Демидовы, представившие малахитовую роскошь на Лондонскую выставку, были награждены Council Medal — Медалью Совета, главной медалью выставки.

В технике русской мозаики выполнены Малахитовый зал Зимнего дворца (133 пуда камня, или более 2 тонн), 8 десятиметровых колонн Исаакиевского собора, бесчисленное множество меньших предметов интерьера. Русская самоцветная мозаика украшает Сикстинскую капеллу в Ватикане.

Закаты и рассветы империи — закаты и рассветы камнерезания

Упадок камнерезания на Урале приходит задолго до революции. Уже в 900-е годы фабрика Екатеринбурга не выпускает ничего значительного. Связано это было в первую очередь с процессами, происходящими в искусстве вообще и в общественной жизни. Закат империи стал закатом имперского искусства.

А в 30-е годы ХХ века начинается обратный процесс — империя, пусть и в новом обличье, возрождается, а с ней — запросы на впечатляющие произведения искусства. Свердловская гранильная фабрика выполняет крупнейшую работу: здесь вырезают гигантские рубиновые звёзды  (диаметр около 5 м) для кремлёвских башен.

А в 1937 г. русские камнерезы поразили Европу во второй раз: на Всемирной выставке в Париже была представлена карта Советского Союза площадью 29, 5 кв. м, выложенная мозаикой из разноцветных яшм, лазурита, орлеца и драгоценных камней для обозначения городов и месторождений полезных ископаемых.

Уральские мастера принимают участие в отделке Московского метро и украшении самых значительных и/или идеологически важных объектов. Однако общее снижение уровня и идеологизация официального искусства не могли пройти бесследно, упрощение форм, потребностей, вынужденная стагнация превращают высокое искусство мастеров в качественную, но всё-таки поделочную работу.

Не стало исключением и нынешнее время. Остаётся лишь надеяться, что чрезвычайная популярность дворцового стиля среди новых русских миллионеров принесёт пользу хотя бы в том, что поможет возродиться великому искусству наших недалёких по времени предков. Ведь мы ещё не поразили Европу в 3-й раз…


»


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>